December 18th, 2011

Без ссылки

...анализируя причины складывания международной конфигурации держав накануне Великой войны, Свечин неожиданно вспоминает о реакции русского общества на процесс Засулич. Процесс, как бы сказали сегодня, был резонансным. В зал судебных заседаний невозможно было попасть, там были представлены все слои: в партере сидело высшее общество - дамы в шелках и бриллиантах, их кавалеры во фраках, на галерке сидели студенты и разночинцы.

Выразить свою поддержку Засулич тогда было делом каждого "порядочного человека".

Под общественным давлением присяжные очевидно неправосудным решением оправдали террористку. Сразу после оглашения вердикта в зале началось шумное ликование. Экзальтированная публика рыдала от счастья, аплодировала, бросала в воздух предметы туалета. Представители высшего общества обнимались со студентами, потом все вместе затянули "Дубинушку".

В каком-то смысле такая реакция общества на процесс стала поворотной точкой русской истории. Этим ликованием и было оплачено все произошедшее позднее - и проскрипционные списки чрезвычаек в 19-м и ряды русских могил на Акатолико в Риме и Сен-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Но дело даже не в этом. Все предельно конкретно. Свечин пишет, что сообщения газет о ликовании в зале суда стали окончательной причиной решения Бисмарка об отказе от заключения стратегического союза с Россией. Он полагал для Германии невозможным опираться на союзника, не имеющего поддержки даже в высшем обществе и потому предельно уязвимого для любого революционного вируса. В конечном счете это привело к вступлению России в войну в крайне невыгодной стратегической конфигурации, революции и определило крайне трагический для русских характер истории 20-го века.

И вот теперь к началу, к разговору об ответственности. По большому счету это слово обозначает только способность и обязанность отдавать себе отчет, мыслить о последствиях собственных действий. Оно относится не столько к "умению быть хорошим", к соблюдению этической конвенции, сколько к мышлению.

Обязана ли была образованная публика тогда в зале суда отдавать себе отчет о последствиях демонстрации своего восторга по поводу неправосудного приговора? Да, конечно. Вела ли она себя ответственно в вышеобозначенном смысле? Безусловно, нет. Пришлось ли ей позднее заплатить за эту ошибку в своем мышлении? Да, и с огромным избытком.

(no subject)

Кажется, мир уже миновал стадию института св. частной собственности. Сегодня никто, за крайне малым исключением, не может заработать на самое скромное жилье, надо запрягаться в пожизненную ипотеку. Земля может быть отчуждена принудительно, а предприятия, вне зависимости от его успешности, поглощают или захватывают, причем чем предприятие успешнее, тем оно быстрее меняет собственника.

Вообще экспоненциальный рост вещь странная, неестественная и, подозреваю, опасная. Все крайне неустойчиво и идеи блаженного 19 века уже не панацея.
Возможно, мы на пороге next big thing (см. экспоненту роста населения), скачка, который обессмыслит прошлое и настоящее. А вся эта сытая и благополучная шваль, взбивающая словесную-протестную пену, лишь звоночек из очень неприятного и - как всегда, никем не предвиденного - будущего.