November 12th, 2012

(no subject)

Из всех религиозных чувств для нас важнейшим является чувство благодарности. Все остальные варианты отношения к богам... по сути разговор с самим собой / зеркалом / психоаналитиком.

Если в этом высказывании обнулить иронию и примерить на себя - все сходится. Видимо, я очень религиозный человек: неловкость от незнания, кому нести благодарность за счастье жить.

Из завоеваний недавних лет: пришлось научиться ходить медленно и открылась радость тихого шага, глазения, рассматривания подробностей. Сколько упущено любопытного и нужного, с ума сойти. Надо поторопиться и наверстать.

Пример выгод медленной жизни - цикл записей "Сто дней о хорошем" у orang_m

Реал политик, Эстония

Родион Денисов в ФБ: "На фоне проблем -[состряпанные уголовные дела и увольнения по политическим мотивам - seann] ащитников русского образования меня как журналиста все больше интересует позиция нашего государства, что в его понятии является выражением свободы слова и как далеко она может распространяться?
Должны ли выступления людей четко соответствовать программным принципам правящих партий или возможны какие-то отклонения? Если возможны, то в каких случаях?
Также интересно, может ли у нас кто-то критиковать политические решения без негативных последствий для личной жизни или бизнеса?"

Ахх и еще раз ахх

Во все века у всех народов считалось, что новое слово приходит яростно и шумно – поскольку новое рождается от недовольства старым. Так возникли движения – «Буря и натиск», «Рассерженные молодые люди», «Новые Дикие».

Но сегодня затевают новое дело с установкой: не сказать лишнего, не обидеть оппонента. Вежливо не иметь обидных убеждений, хотя высказаться приятно.
Происходит это так.
Ласковый педераст, застенчивый вегетарианец и климактерический либерал организуют вежливый кружок и намерены взорвать общественную жизнь. Выходит вперед оратор-заика и тихим голосом сообщает, как он провел выходные на даче.

Досадное неудобство момента состоит в том, что «старым», которое необходимо свергнуть, является уже не тоталитаризм. Сталин и тоталитаризм были врагами позавчера. Тридцать лет назад их надо было столкнуть с корабля современности, чтобы сказать новое слово. А сегодня это не «старое» уже. Сегодня это уже древнее. Старым является вчерашнее представление о свободе и либеральный дискурс.
Вот это и надо объявить вчерашним днем; требуется дать хорошего пинка всем этим инсталляциям с бантиками. Надо глотнуть водки для храбрости и сказать, что музеи современного искусство – унылое дерьмо, вроде архитектуры семидесятых годов. Надо набрать в грудь воздуху и стать на секунду смелыми – как того и требует нонконформизм.
Но грубить либеральному унылому оппоненту – невежливо.
Поэтому продолжают грубить покойному тоталитаризму, разрывают могилы, соколом налетают на пепелища.
Не думайте, что «новые вялые» - это лишь российское направление в искусстве – это везде сегодня так.
Одухотворенные полусонные лица, светлые пустые глаза. Эти люди собираются стать новаторами, но боятся испортить отношения с пенсионным фондом.

Проходит сонная конференция Полит.ру: «Появление нового в современном обществе». Знакомые, немного просветленные лица; ораторы, не просыпаясь, говорят о том, что главное – создать новый язык. Зачем язык? Куда этот язык засунуть? Собрание заканчивается, новаторы идут кушать и спать.

Схожая тягомотина везде.
Старые пердуны и молодые вялые юноши отвечают на вызов времени.
Мухи дохнут от свободного слова.

(Все уже догадались)