?

Log in

No account? Create an account
Для писем и газет
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends View]

Sunday, March 3rd, 2019

Time Event
1:50p
Лавиний - город контрастов. Поверх древнего троянского Лавиния, где 13 алтарей, героон Энея и прочие чудеса, бенедиктинцы в 1200 г построили крепостцу-городок Pratica di Mare. (Еще там военная авиабаза: вертолетики, транспортники, еще что-то.)
Городок после XIV в несколько раз продавали и перепродавали, а сегодня он в собственности семьи Боргезе.Они обя­за­ны содер­жать город, и любые рас­по­ря­же­ния отно­си­тель­но архео­ло­ги­че­ско­го участ­ка и запо­вед­ни­ка про­во­дят­ся через Бор­ге­зе.
Поэто­му полу­чить доступ к антич­ным руи­нам ранее было непро­сто. "Они откры­ва­ют­ся для пуб­ли­ки в очень ред­ких слу­ча­ях, а в осталь­ное вре­мя при­дёт­ся нема­ло побе­гать на зад­них лап­ках за сце­ной, чтобы дого­во­рить­ся о посе­ще­нии алта­рей геро­о­на".
Недавно с Боргезе заключили новое соглашение и Лавиний теперь можно посещать, чтобы посмотреть древности, которых не найдешь в Риме.
Эней, Боргезе, вертолеты, где именье, где вода, где Лета с Лорелеей.
6:05p
Метафизика Рима (Глеб Смирнов)
https://www.facebook.com/notes/%D0%B3%D0%BB%D0%B5%D0%B1-%D1%81%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BD%D0%BE%D0%B2/%D0%BC%D0%B5%D1%82%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D1%80%D0%B8%D0%BC%D0%B0/2774285392589470/


Только на то, чтобы быстро пролистать все хроники Рима или просто провести пальцем по корешкам книг о Вечном Городе, не хватит и нескольких жизней. Я жил в Риме семь лет (ровно по числу холмов), но уже через пару лет оставил попытки начетничества. Так как пребывание в этом городе совпало с занятиями философией в одном университете недалеко от фонтана Треви, то вместо того, чтобы физически исследовать Рим, получалось все больше исследовать его метафизически. Таким образом, камни Рима стали для меня “философскими камнями”. Ведь как подумаешь — вот уже больше двух с половиной тысяч лет, как Рим основан (21 апреля 753 до н.э.), но до сих пор еще не обоснован хоть мало-мальски философски. А пора бы ему. “Метафизика Рима” — неплохое название для трактата, который всенепременно надо написать. Увы, подковырнуть эту метафизику непросто, для этого придется задаться детским, как все сложные, вопросом: что в Риме самое-самое римское? В чем опознается его натура?
Да, Рим являет себя миру в своих руинах, в лени дольче вита, в суматохе мотоциклеток. Но все это, пардон, не трансцендентно — уже потому, что слишком напоказ, и отнюдь не руинами жив Рим. Втайне, за коренную метафизику Рима всецело отвечает, как мы скоро убедимся, — его нутряное, стихийное барокко. Казалось бы, оно тоже повсеместно лезет напоказ, и всё же его присутствие обусловлено стихией именно этого города.
...Многие бились над разгадкой феномена барокко после Вёльфлина — Гурлитт, Бенедетто Кроче, Шпенглер, Вальтер Беньямин, Курциус, Ив Боннфуа, Портогези, Фернандес… Эжен д’Орс однажды остроумно предположил, что барокко — это перманентное состояние истории искусств, ее регулярно возвращающаяся парадигма, и насчитал 22 разных барокко — от пещерного до александрийского, древнеримского, готического, усмотрел признаки барокко у сентименталистов, в модерне и в послевоенном искусстве. Так что римско-иезуитское барокко Сеиченто, выходит, — один из подвидов феномена.
Не горячась, на первых порах перспективней было бы перевернуть парадокс и показать, что барокко — феномен перманентный в самом Риме.
В узком смысле слова принято называть стилем “барокко” искусство, появившееся на горизонте с поздним Микеланджело, Тинторетто и Корреджио со второй половины Чинквеченто (16-го века) и расцветшее к 1630 году, когда начинается знаменитое соревнование Бернини и Борромини уже на монументальном уровне, выше некуда. Последним барочным мастером можно считать Пиранези, уже в эпоху победившего повсюду французского неоклассицизма.
Но секрет Рима в том, что на самом деле барокко здесь было всегда, как атмосферное явление или врожденное свойство этих широт.
...
Барокко - искусство иллюзии, тяга к иллюзионизму, умение играть в оптические игры. Не забудем: Сеи- и Сеттеченто — эпоха шарлатанов, самозванцев и авантюристов.
...настоящее барокко не суть расточительная перенасыщенность орнаментом, нагромождение декоративных излишеств или количественная грандиозность, но — искусство манипулирования пространством, умение крутить его в бараний рог, заставлять его служить себе... Борромини был лучший мыслитель барокко — в том, как он умел закручивать пространство, ему не было равных.
....
Художественные языки сплетаются. Однажды, когда я водил экскурсию по Риму и долго толковал о барочном искусстве, меня возмущенно спросили, не выдержав: “Да что же в нем такого порочного?” Придя в себя, я понял: вот что в нем порочно — сплетение языков. Полюбуйтесь: ведь это же какой-то разгул, свальный грех в искусствах! Архитектура начинает живописать (фасад строится на тенях, изменяется в ходе светового дня) или лепиться, как из пластилина или глины, а фрески на сводах, ишь, хотят стать архитектурой, продолжить собой интерьер. На сводах иезуитских церквей Иль Джезу и Сант-Иньяцио фреска завершает собою начатое зодчим и уводит в иллюзионистическое пространство реальную архитектуру храма.
(Дальше читать тут)
8:21p
Пишут, что по-испански фамилия Маршенкулова звучит буквально / переводится как Иди-в-жопова.
Фатум если пошутит, так уж пошутит.

<< Previous Day 2019/03/03
[Calendar]
Next Day >>
About LiveJournal.com