SeaNN (seann) wrote,
SeaNN
seann

Лукьянов

лноценности.
Давайте дружить
Share On Facebook
Share On Twitter
Подписаться на новости журнала
Like globalaffairs on Facebook
Добавить в блог Оставить комментарий
Печать
Теги
Путин кибератака Трамп США выборы Россия Россия-США Клинтон

В своих статьях по международной политике я не раз упоминал кино, которое, на мой взгляд, является самой точной и блестящей аллегорией современной мировой ситуации. Это фильм братьев Коэн 2008 года «После прочтения сжечь» с Джоном Малковичем, Джорджем Клуни и Брэдом Питтом. Фарс из жизни агентов ЦРУ, их профессиональных или случайных визави, показывает мир без границ как средоточие абсурда, густо замешанного на всеобщей паранойе и чувстве неполноценности. История о всесильном Путине, который руками умелых русских хакеров сокрушает демократические устои Америки, а главное — степень ее мазохистского раскручивания в публичном пространстве, еще раз убедила в провидческом даре братьев-режиссеров.

Однако последний поворот сюжета — явление отставного сотрудника MI-6 с полученными от «надежных источников» в Москве описаниями извращенных оргий Трампа на кровати, где почивал Обама с супругой, — заставляет вспомнить других выдающихся братьев-кинематографистов — Фарелли. Их блокбастер 1994 года «Тупой, еще тупее» с молодыми Джимом Керри (не путать с его однофамильцем — уходящим госсекретарем США) и Джеффом Дэниелсом. Именно там доминирует эстетика компромата на Трампа — с шутками на уровне прицельного пускания газов и прочих физиологических проявлений главных героев.

Традиция, конечно, восходит к таким вершинам мировой культуры, как «Гаргантюа и Пантагрюэль», так что можно гордиться возвращением духа Ренессанса в международные отношения…

Сюжет с избранием Дональда Трампа президентом Соединенных Штатов превратился в поразительную фантасмагорию, где и без того тонкая грань между реальностью и вымыслом, политической борьбой и издевательским троллингом просто исчезла. Кажется, пора отключить эстетическое чувство (страдающее от происходящего) и политические пристрастия (симпатии к той или другой стороне), чтобы попытаться понять, какого дьявола все делают то, что делают. Итак…

Почему все так? Политический истеблишмент в Вашингтоне формально признал результат выборов, но с ним не смирился. Идея о том, что итог — «неправильный», катастрофический и он должен быть пересмотрен любой ценой, весьма распространена в «продвинутой» части общества. Отчасти это напоминает настроения политической и интеллектуальной элиты после референдума в Великобритании, когда всерьез звучали предложения проигнорировать исход голосования, провести новое или принять другое решение в парламенте. Правда, быстро стало понятно, что последствия таких действий будут иметь разрушительный эффект для всей политической системы, так что процедура признания новой реальности с огромным скрипом началась.

В Соединенных Штатах, в принципе, есть варианты — отстранение избранного главы государства возможно, и это не будет крахом всей системы. Особенно с учетом того, что категорически против Трампа не только демократы, но и немалая часть республиканцев в конгрессе. Их куда больше устроил бы в качестве главы государства вице-президент Майкл Пенс, который займет пост в случае отрешения действующего хозяина Белого дома от должности.

Нагромождение обвинений, даже если их достоверность и убедительность вызывают сомнения, способствует атмосфере, которая позволяет при необходимости быстро создать нужное отношение.

Примечательно, что вопрос импичмента витал в воздухе еще во время кампании, когда все были уверены в победе Хиллари Клинтон.

Многие предполагали, что республиканцы копят аргументы, чтобы после выборов перейти в атаку по линии скандала с электронными письмами, крайне уязвимой точки Клинтон. В целом такая популярность темы возможного импичмента свидетельствует, насколько напряжена политическая атмосфера в Америке.

Есть ли текущая практическая цель? Не допустить кардинальной ревизии курса, прежде всего во внешней политике. В команде Трампа говорят о намерении пересмотреть не менее 70% наследия Обамы. И если по внутренним темам наподобие реформы здравоохранения или ряда экономических новаций у Трампа есть поддержка Республиканской партии, то его желание отказаться от «глобального лидерства» вызывает чуть ли не ужас. Так получилось (об этом ниже), что в центре идейной борьбы за место Америки в будущем мире (глобализм или национализм) оказались отношения с Россией.

Как точно заметил Дмитрий Тренин, республиканский истеблишмент, по сути, предложил Трампу своего рода сделку: никто не ставит под сомнение его легитимность (несмотря на активно тиражируемую версию о вмешательстве России в выборы на его стороне) в обмен на признание консенсусного взгляда на Россию как на опасного противника.

Таким образом, любая его попытка улучшить отношения с Кремлем запускает реакцию «мы же говорили — он прирученный», за чем следуют уже и основания для импичмента — угроза национальной безопасности и прочее.

Почему Россия? Присутствие России в американской политике, прежде всего внутренней, сейчас беспрецедентно. Что случилось?

Во-первых, обнародование конфиденциальной информации, касающейся выборов, имело место, и эта демонстрация уязвимости произвела большое впечатление на партийную-политическую общественность. Насколько к этому приложили руку специалисты, связанные с Россией, — вопрос веры. Несекретная часть доклада спецслужб не содержит ничего, кроме тривиальных умозаключений на основе открытой печати, но можно, конечно, предполагать, что в секретном разделе содержится нечто более конкретное.

В принципе, идея о том, что кто-то в Москве захотел осложнить жизнь Хиллари Клинтон, известной своей резко антикремлевской позицией (она не уставала ее заявлять на протяжении всей кампании), не противоречит здравому смыслу и логике российско-американских отношений. Что им противоречит — тот масштаб, который придали этому гипотетическому факту.

Начиналось с тревоги по поводу некоего вмешательства, сейчас речь уже идет о тотальном манипулировании умами американцев и угрозе демократии в США.

Это, вероятно, отражает общую неуверенность, которая неожиданно воцарилась в американских политических кругах по итогам событий 2016 года.

Во-вторых, Россия выступает не сама по себе, а как символ того, что быстро ставшее для американцев привычным устройство мира, как оно сложилось после «холодной войны», под угрозой. Путин превратился (отчасти справедливо, но в основном чудовищно преувеличенно) в олицетворение антилиберальных устремлений, о чем многократно говорила та же Хиллари Клинтон. И поэтому обещание Трампа договориться с Россией воспринимается как вызов самим устоям политики Соединенных Штатов. Вступление в должность Трампа, похоже, только обострит идейную борьбу вокруг того, какова роль Америки в мире будущего.

«Величие» в понимании Дональда Трампа не предусматривает трансформации мира и других стран, хотя подразумевает доминирование, в то время как «глобальное лидерство» — это изменение окружающей реальности по американским лекалам. Последнее — явление в американской политике довольно новое, в полной мере оно расцвело только после «холодной войны». Но за четверть века успело стать аксиомой, так что пересмотр ее под давлением обстоятельств меняющегося мира оказывается очень болезненным. Попытка Трампа вернуться к более ранним образцам американской же политической традиции вызывает яростное сопротивление.
Как точно заметил Дмитрий Тренин, республиканский истеблишмент, по сути, предложил Трампу своего рода сделку: никто не ставит под сомнение его легитимность (несмотря на активно тиражируемую версию о вмешательстве России в выборы на его стороне) в обмен на признание консенсусного взгляда на Россию как на опасного противника..
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments